Widgetized Section

Go to Admin » Appearance » Widgets » and move Gabfire Widget: Social into that MastheadOverlay zone

Домой » Общение » Интервью » Поговорим о городе. Михаил Гольцев: «Обоюдное движение или Марш снеговиков»

Поговорим о городе. Михаил Гольцев: «Обоюдное движение или Марш снеговиков»

У каждого человека есть своя, персональная зона комфорта. Есть такая и у меня. Не так часто, как хотелось бы, но по мере возможности я захожу в свою «Реку» и погружаюсь в атмосферу хорошего настроения. А помогает мне в этом Михаил Михайлович Гольцев, которого чуть ли не в любое время можно застать на его рабочем месте в студии «Река», что расположена по соседству с гостиницей «Олимпия». В нашем обществе о человеке почему-то принято говорить с точки зрения его профессии и достижений, так почему-то заведено. Но в отличие от многих других людей, о Михаиле Гольцеве мне хочется говорить, как о человеке с большой буквы: я вижу его отношение к людям, к детям, которым он помогает найти свое «Я». Он постоянно чем-то занят и вряд ли знает о наличии в жизни такого понятия, как «свободное время». Не удивительно, что в очередное посещение студии я, как всегда, застал его за работой, за написанием «Марша снеговиков» для новой детской сказки. Сколько сказок написано им? Сколько детей научилось петь в этой студии? Что он думает о городе, в котором живет? Вопросы, вопросы, вопросы! И на все эти вопросы, вряд ли можно ответить, вот так с ходу. Надо общаться, разговаривать с человеком. Надо попытаться погрузиться в его мир и тогда, возможно, не сразу, а постепенно, исподволь Вам откроется эта личность!

— Разговариваешь с людьми, и все говорят одно и то же, что Саратов — это болото: культура на низком уровне, дороги разбиты, архитектурные сооружения разрушены. Ничего нового в городе нет, и все куда-то собираются уезжать и так далее, и тому подобное. И меня в связи с этим всегда интересует мнение простых людей. Вот что, например, думает о родном городе Михаил Михайлович Гольцев? Действительно ли все пришло в такое запустение, и город в течение, в общем-то небольшого промежутка времени превратился в болото?

— Я думаю, что изначально Саратов болотом не был. В принципе, если взять территорию России начала прошлого века, то это третий в масштабе страны город: Москва, Петербург, а дальше — Саратов. Ну, допустим, после революции, сколько народу в нашем городе было? Я врать не буду, но думаю, что все равно для такого, по сегодняшним меркам, небольшого населения, нам в наследство досталась отличная консерватория и театры. Что, в общем-то, неплохо. Не в каждом городе такое бывает. А дальше, что говорить? Прошли советские времена и то, что мы получили сейчас… Не знаю, конечно же, обидно, и конечно же, сегодня это болото.

— А кто должен за все это отвечать? У кого не спросишь, все говорят, что это удел правительства, что поддерживать и развивать город должна власть. И если посмотреть с одной стороны, то вроде бы справедливо говорят, а с другой стороны — очень часто бывает так, что не администрация, а общественное мнение является двигателем в решении каких-либо вопросов…

— Общественное мнение? Ну, народ не верит. Не верит в это счастливое завтра, мне так кажется. Не знаю, не знаю, что и сказать…

— Недавно я разговаривал с другом, и он мне сказал: вот идешь по Москве, смотришь, а какой-нибудь гастарбайтер со своим семейством улицу убирает. Везде чистота и порядок. За исключением промзон, наверное. А у нас в Саратове, куда ни глянь, везде промзона. Пока, по его словам, у жителей Саратова психология мусорщика. Что в нашем случае надо делать: привести в порядок город или для начала привести в порядок сознание людей?

— Ой, не знаю, Ростислав. Ой, не знаю! Дому, в котором я живу, нет и десяти лет. То есть, это свежевыстроенный дом, и район вроде бы неплохой. Но поскольку домой я приезжаю поздно, то места, где можно было бы поставить автомобиль, уже нет, все занято. Места, собственно говоря, и днем нет. Но есть небольшая площадка, неподалеку от дома, можно там приткнуться. Но там тоже все забито машинами. И эта площадочка, на самом деле, вроде бы как газон. Но там ставят автомобили. Газончик спроектирован непосредственно возле дома. Разумеется, асфальта там нет, и все просто месят грязь, и я в том числе. Причем, съезжая с бордюра, обязательно бампером обо что-то бьёшься. И все это происходит изо дня в день, а решения проблеме нет. Мы живем в современном городе, строим новые здания, но строим так, что получается очень тесно.

Почему не сделать по-другому? Я бы еще понял, если бы это было в историческом центре. Когда город строили наши предки, они же не думали, что будет столько автомобилей и, что в Саратове столько народу будет жить. А когда сейчас мы строим, то о чем думаем? У меня нет рационального объяснения! Не-ту! И потому, наверное, каждый день я съезжаю с этого газона-автостоянки через грязь. Бампером бабах! Вот тебе и доброе утро! И не один я такой, нас много. А с балкона — чудесный вид на школу, где тоже газончики какие-то, и родители с детьми гуляют. В общем, место отдыха. Детишки бегают по газонам, которые дворник он же садовник) все лето приводил в порядок, клумбы там разбивал. И родители не делают детишкам замечания, это в порядке вещей. Наверное, это не правильно.

— Так всё-таки культура первична?

— Необходимо обоюдное движение. Потому что сделать что-то красивое всегда сложнее, чем разрушить. И что-то созданное, как правило, труд — не одного человека. А уничтожить может один и за короткий срок. Вот и всё!

— То есть власти должны строить и поддерживать порядок в городе, а школы должны прививать культуру?

— Власти… Вообще, власть не власть, какая разница? Вот если человек работает кем-то, это значит, что он работает с восьми и до пяти? Или это образ мышления? Вот ты, допустим, мэр. Так что, это с восьми и до пяти ты мэр, а дальше? И вот в этот период, естественно, с перерывом на обед ты, значит, думаешь о городе, а дальше у тебя свободное время или как? Порой, люди выполняют свои обязанности, причем четко регламентированные временем. Но ведь когда эта работа по душе и от души, когда это — образ мысли, тогда, наверное, будет толк. Когда обязанности выполняются неформально. И я знаю, что среди чиновников есть такие люди, которые самоотверженно себя отдают делу. Но речь идет о системе. А система, она живет по каким-то своим правилам.

— Государство в государстве?

— Да, да, да! Поэтому, наверное, что имеем, то и имеем. Но, не надо думать за всю Россию. Начни с себя, вот и все. Начни с себя и все тогда наладится.

— Встал утром, приведи в порядок свою планету?

— Да, да, да! А если у людей уже нет веры в это светлое будущее, ну что говорить тогда?

— А за веру-то кто отвечает? И если нет веры, то откуда ее взять? Чтобы поверить, чтобы не сбежать, чтобы двигаться вперед и чтобы каждое утро самоотверженно убирать свою планету?

— Если речь идет просто о чистоте города… Ну, ведь те же самые чиновники проводят акции, правильно? Показывают личным примером, как они убирают город… Но это же просто акции! Это делается для того, чтобы телевидение сняло, газеты написали. Все, написали, быстренько ушли! Работают разве чиновники? Я помню это так: из учебника истории, кажется, где Ленин с бревном. Ну, Ленин-то обязательно должен быть с бревном! А если он без бревна, то какой он тогда Ленин? А когда чиновники призывают соблюдать какие-то законы, а потом сами первыми их нарушают?! Народ этого не видит? Видит! И откуда тогда доверие возникнет? А вот «мы устроим акцию», выйдем с лопатами, сфотографируемся для СМИ, а дальше, естественно, разбежимся. И тогда поверят или что?! Или, может, поверят депутату, у которого здоровенный транспарант, что он есть ум, честь и совесть? Да ты лучше возьми и столб кривой сделай ровным и напиши: «Этот столб сделал ровным я». И тогда я за тебя первый проголосую. Но им хочется транспарантов. Вот наше правительство, лицо города, архитекторы там какие-то есть и люди, отвечающие за красоту. Мне, к примеру, надо было организовать телетрансляцию. Путин, наверное, приезжал или еще кто-то из высшего руководства.

Телетрансляцию нужно было обеспечить с площади. Мы не могли найти ракурс, чтобы в кадр не попадали кривые столбы. Почему это вижу только я? А люди, которые ходят в это правительство, не видят? С восьми до пяти они ощущают, что дороги неровные, когда проедут где-то и раз, задницей что-то там прочувствуют. А так они не видят, что дороги плохие? И главное, чем дальше, тем сложнее доказывать этим руководителям, что они хорошие. И они заслуженно занимают свои места и пытаются куда-то там народ вести, к каким-то правым делам. Доверие-то подорвано! Принцип «начни с себя» не работает. Потому, что этот, как его называют? Ах да, простой человек, смотрит: они вон как, а мне что, нельзя? Все же воруют, а тут еще меня баба пилит: шубу меняй. Пойду тоже украду! Вот и все. Они плюют, а мне что, нельзя плевать?!

— Но в других-то городах, по крайней мере, внешне кажется, что дела идут и есть движение. А у нас замкнутый круг получается: нет примера, нет доверия, нет веры и все, загниваем дальше?

— Да! И чем дальше, тем сложнее. Встать на какие-то созидающие рельсы непросто. Потому что народ все больше не верит, а власть не хочет жить чаяниями народа. Ну, какая жизнь города, если построил себе дворец, забор хороший? Там за забором — рай! Ну, а выглядывать из-за забора неохота. И лучше, чтобы стекла тонированные были, чтобы, когда едешь, этого всего не видеть.

— А как можно расценить, допустим, ремонт дорог? Вот сейчас улицу Московскую сделали и еще где-то, уже не помню, асфальт кладут. Это что, тоже акция или все же кто-то что-то осознал?

— Даже в таком небольшом историческом периоде, в течение которого я живу в Саратове, я уже много раз слышал: как заасфальтируют Московскую, так сразу и заявляют, что вот сейчас выбрали самого хорошего строителя-дорогоукладчика, который сделает, наконец-то, дорогу по новым технологиям, и вложенные деньги не пропадут. Это происходит практически каждый год. Ну, или через год. И в очередной раз — те же самые заявления, что сделали все хорошо и на века. Я только не пойму, почему дороги у нас делают все же как-то не так. Вот в Европе они долго «держатся», а наши быстро разваливаются…

— Может, потому, что в отличие от Европы, где в любое производство деньги вкладывают, у нас их, если использовать административную терминологию, «осваивают»?

— Ну, давайте наконец-то возьмем, какого-нибудь западного дорогостроителя, и он у нас сделает дороги. Причем, серьезного, солидного… Камушек откололся или колея на дороге появилась, так ему сразу — претензию и повестку в суд. И если уж говорить про коррупционные аппетиты, вспоминаю, например МКАД. Ее же сделали качественно. Уже, правда, чем было, но, по крайней мере, качественно. Хочется сказать нашим: может, вы ребята, тоже сделаете качественно? Порядка нет. Наверное, потому, что все службы выполняют свои обязанности совершенно формально. Их главная задача на вопрос: а почему это у вас не сделано, дать ответ! Вот и все! Правильно ответил – нормально. Так что все у нас хорошо… Болото! Сиди, квакай до следующего вопроса! Так-то!

— Михаил Михайлович, у меня к тебе такой вопрос: очень часто ты пишешь детишкам музыкальные сказки, а бывает, просто поддерживаешь их в каких-то других направлениях, вот здесь, в студии «Река». Скажи, эти дети будут мусорить в городе?

— Ой, не знаю! Наверное, музыка играет важную роль в формировании характера взрослого человека. Уверен, что люди, которые чувствуют музыку, тоньше, больше видят и, как следствие, больше понимают. Они, конечно, мудрее. Личность более зрелая! Но с другой стороны, сколько нам Господом дано чувств: обоняние, осязание, зрение, слух, речь. А если люди, допустим, не могут услышать разницу в звуке и воспроизвести его, они что, инвалиды? Если я, например, не могу присесть десять раз, значит я — тоже инвалид? А если у меня нет музыкального слуха? Послушай молодежь и не очень, что и как они говорят. Ужас! Это, наверное, от того, что они впитывают. То есть если им как-то дать попробовать впитать что-то чистое и светлое, может это отложится в дальнейшем? Я думаю, что отложится.

— Получается, что в предыдущем строе, Советском государстве, все-таки было что-то положительное? Например, какие-то детские секции были, музыкальные кружки, которые, как сейчас говорят, образовывали ребенка?

— Они и сейчас есть. Существуют же музыкальные школы. Но они почему-то выполняют несколько иную функцию.

— А какую? Раньше была идеология, четко сформулированная идея. Правильная-неправильная, дело десятое. Но была идея, на основании которой все остальное продвигалось в этом мире. А сейчас на основании чего происходит обучение?

— Ой, не знаю! Возьмем, к примеру, какую-нибудь еврейскую семью в тяжелые времена. Там мальчик играет на скрипке. Зачем? У них проблемы, чего бы съесть, до музыки ли? Но родители считают, что если ребенок не учится музыке, позор семье! Ну, как это объяснить? Верой в светлое завтра? Или просто они пытались что-то такое заложить в юного человека? Сейчас музыка вообще где-то на задворках. Очень обидно! У нас есть дети, которые, замечательно поют. Гордятся этим, и ходят сюда с удовольствием. А в школе они не обнародуют свои таланты. А вдруг засмеют! Как это преодолеть? Я с флажком – начни с себя! Вот взял и занимаюсь этим, как могу. Может, будет какая-то польза?

— Много детей прошло через студию?

— Не очень много. Не очень. Хотелось бы, чтобы их было больше.

— Но ведь каждый из этих детей, преодолев стеснительность, боязнь, что его засмеют, расскажет другому ребенку о предмете своей гордости. А значит, тоже принесет пользу, и это в свою очередь как-то, повлияет на культуру и на среду?

— Я надеюсь! Поэтому я занимаюсь тем, чем занимаюсь! Да и вообще, почему разговор идет только о детях? А взрослый человек? Я же здесь слышу постоянно одну и ту же историю: «Эх, а я ведь песни сочиняю. Эх, вот раньше бы, а сейчас уже поздно, уже все»… И так вот человек живет своей серой жизнью. Талантливый человек, а воплотить свое творчество не может! Что-то ему постоянно мешает. Это неправильно! Наши люди закомплексованы! Посмотришь, например, в Москве, какая там саратовская телевизионная и музыкальная диаспора. Действительно, талантливые ребята!

— Опять же в Москве?

— Конечно! Потому, что здесь они продвинуться не могут. И мало того, здесь они не являются предметом гордости. В Саратове они могут быть предметом зависти, но не гордости!

— Почему так получается? С чьей стороны нет заинтересованности?

— Для этого время нужно! Просто время! У нас был очень сложный период. Вот эти пресловутые девяностые годы, которые разрушили старые стереотипы, не сильно жалко, конечно, хотя были и неплохие наработки… Но для того, чтобы создать что-то новое, время нужно. Ведь посмотри на демократические страны, в которых все сейчас хорошо. Все это благополучие, оно от сытости. Когда все нормально в экономике, тогда уже проявляются и благотворительность, и сочувствие, и так далее. И какие-то фонды образуются, которые не для отмывания денег, а для помощи талантам, например. Наверное, нужно просто подождать. Потому что народ голодный, а после такого вот голода и вдруг… Особенно молодежи тяжело, мне так кажется. Во времена моей молодости такого не было. Тогда проще жилось. Сейчас очень много соблазнов и устоять крайне тяжело. Особенно, когда мораль не прививается. Ну, а пока, я вот так считаю: пусть этим «материальным» наедятся. Ну, а что делать? Еще пару поколений придется ждать, это точно! Но начинать все равно когда-то надо, и чем раньше, тем лучше. И чтобы это было как-то честнее, что ли… Не для акций.

Специально для Делового Саратова. Ростислав Иванов