Рубрики

Домой » Новости » Новости региона » Профессор СГУ Вера Афанасьева опубликовала новый блог

Профессор СГУ Вера Афанасьева опубликовала новый блог

8c11e9438ccdcf80794c483c52625743Профессор философского факультета СГУ им. Н.Г. Чернышевского Афанасьева Вера Владимировна опубликовала новый блог под названием «Русский постмодерн».

Не любят в России эту западную штуку — постмодерн, отрицают, но преуспели в нем изрядно, как никто и нигде. Посудите сами — вот они, признаки.

1. Постоянные социальные изменения? Да за нашими изменениями ни одной стране не угнаться! Бежим мы со страшной силой по неопознанной загогулистой кривой, мчимся по скользкому горному серпантину, рисуем всей страной младенческие каля-маля, отмечая на контурной карте истории траекторию внезапных и катастрофических отечественных трансформаций.

Как песочный куличик, разрушили мы социализм, который строили-строили и наконец построили за тринадцать пятилеток. Сиганули мордой об асфальт в дикий капитализм, и его, обычно вековой, проскочили всего за несколько годиков. А потом и вовсе давай пируэты с кренделями выписывать — разбежались, было, вперёд к западной демократии, но тут же шарахнулись назад к исконно-русскому. Кинулись налево, в советское, резко метнулись вправо, в национально-иррациональное. И вот так, петляя и егозя, понеслись к чему-то уж совсем несусветному, которому и всей нашей многострадальной Академии названия не подобрать.

Все у нас меняется, стремглав и скандибобером, кроме одного, но зато это одно и есть гарант неизбежных кризисов и перманентных перемен, оплот нашей стабильной неустойчивости.

2. Социальный хаос? Полнейший, в лучших традициях Овидия. Невероятное смешение всех и вся — инноваций с молитвенными стояниями; мужиков в поддёвках с полуголыми раскрашенными девками; нанотехнологий с раздолбанными дорогами; Сколкова с дедовской техникой; Ивана Грозного с Юрием Гагариным; благочестия с разнузданностью; царской семьи с семьей Ульяновых; клоунов с политиками; монархистов с анархистами; столичных реноваций с развалюхами по всей стране; здорового образа жизни с всероссийским питием боярышника; цифрового с допотопным.

Кто камаринскую отплясывает, кто лезгинку выдаёт, а кто-то — и вовсе мазурки с менуэтами выкаблучивает. И такие получаются при этом антраша, такие сапоги за пирогами, такой нестерпимый калейдоскоп, что все вертится, и кружится, и несётся кувырком.

И в этом взбесившемся миксере сбиваются невероятнейшие смеси — слов недостаёт, и мысли сталкиваются, и перья ломаются, как рыба об лёд. Оксюморон на оксюмороне и оксюмороном погоняет. Десятки невозможных альтернатив. Воинствующий пофигизм. Люмпен-капитализм. Безродная аристократия. Тоталитарная демократия. Старославянско-бюрократический дискурс. Православный гедонизм. Добрый Сталин. Невежественная культура. Завравшаяся наука. Неграмотная интеллигенция. Неиндустриальная промышленность. Честнейшая ложь. Суетящееся безделье. Прогресс в Средневековье. Высочайшие бездны. Успехи в прозябании. Многократно переосмысленная бессмыслица.

3. Всеобщая симуляция, конвейерное производство подобий и копий? Да у нас же одни ряженые, сущий маскарад! Казаки с алюминиевыми шашками и муляжами георгиевских крестов. Милиционеры, переодетые полисменами. Дважды выловленные щуки. Чеченские правозащитники. Преподаватели научного атеизма, переквалифицировавшиеся в теологов. Хвалящая власть оппозиция. Ничего не производящие миллиардеры. Всегда верные ренегаты. Выборы без выбора. Сплошь неподдельные подделки.

4. Особая топология пространства и времени? О, да! Границы мнимые, и вся планета видится из Москвы российской, стоит руку протянуть — и мир наш. Русские десантники могут высадиться даже на Солнце, туристы из России не побоятся Фобоса и Деймоса. Зато за МКАДом география заканчивается.

Наши параллельные легко сплетаются в паутины и складываются в лабиринты. Наши треугольники сколько хочешь, столько и угольные. Наши плоскости всегда углублены оврагами и буераками, возвышаются кочками и ухабами. Пространства испещрены дырами и норами, позволяющими перемещаться из грязи в князи.

Мы всей страной измеряем жизни сеткой телепередач. Словно сибирские реки, разворачиваем время и идем назад, в будущее. Для нас семнадцать лет — вовсе не семнадцать и могут стать вечностью. У нас никак не случится настоящее, всегда прошлое и будущее. А прошлое переписывается так часто, что в будущем постоянно брезжит конец света.

5. Тотальный абсурд? Да все, о чем здесь сказано, и есть этот самый абсурд, куда уж тотальнее!

Мы преуспели в спектаклях, постановках, клоунадах, представлениях, аттракционах, инсталляциях, перфомансах, больше, чем в реальности. Мы чемпионы мира в самом тяжёлом весе по наведению тени на плетень. Мы и представления не имеем, кто мы и куда, но убеждены, что верной дорогой идём, товарищи. Мы живём в эпоху сюрреалистического материализма. У нас постнравственность, постобразование, посткультура и мода на пост.

И тот, кто скажет, что все это буйное цветение в стране вечного неурожая не есть махровый постмодерн, пусть кинет лунный камень в отражение отсутствующего мальчика в несуществующем зеркале.

А я позволю себе откланяться до сентября.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

   

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: